Автор Тема: Россия. Глазами странствующего аудитора  (Прочитано 4038 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Оффлайн spyke

Re: Россия. Глазами странствующего аудитора
« Ответ #15 : Вторник 21 Январь 2014, 02:08:47 »
О, а я тут как раз на прошлой неделе на фоне петропавловки сфоткался :D
Я знаком с реальностью теоретически.

Оффлайн aRT

Re: Россия. Глазами странствующего аудитора
« Ответ #16 : Вторник 21 Январь 2014, 10:54:06 »
Немного о Москве.


интересно :) а у меня после Мск первое сильное впечатление было в Питере как раз о том, что тут люди более ярко и не так банально одеваются как в Мск. и что внимание на такого рода "выпендреж" как бы более доброжелательное и спокойное, а вот в Мск могли и шею сворачивать в твою сторону и глазом косить осуждающе. а еще в Мск вообще практически нет секондов, зато дофига ширпотреба и сверхпонтовых бутиков %)
Два сорта мыла — это слишком сложно для меня. (с)

Оффлайн Merk

Re: Россия. Глазами странствующего аудитора
« Ответ #17 : Вторник 21 Январь 2014, 11:26:44 »
Немного о Москве.


интересно :) а у меня после Мск первое сильное впечатление было в Питере как раз о том, что тут люди более ярко и не так банально одеваются как в Мск. и что внимание на такого рода "выпендреж" как бы более доброжелательное и спокойное, а вот в Мск могли и шею сворачивать в твою сторону и глазом косить осуждающе. а еще в Мск вообще практически нет секондов, зато дофига ширпотреба и сверхпонтовых бутиков %)
Они есть у меня в районе штуки четыре. Только они не заветные и располагаются в полуподвалах. Я даже и не знал, что они под боком, пока родственник не попросил их найти.

Оффлайн Helga

Re: Россия. Глазами странствующего аудитора
« Ответ #18 : Четверг 05 Июнь 2014, 02:06:00 »
Немного не про странствия. Но вот такой имею побочный продукт мозгового метаболизма.

Саид плачет.

Сидит в аэропорту на ступеньках, забившись между стеной и собственной огромной сумкой, закрыл лицо ладонями, съежился и вздрагивает всем телом. На самом деле не Саид он вовсе, а Дододжон, но это имя вроде как домашнее, да и не будет в паспорте писать такое имя таджик, родившийся в Узбекистане. Да и кому какое дело? Нет никакого дела никому ни до его имени, ни до того, что мир его рушится. Люди идут мимо, кто-то отворачивается, а кто-то замечает брезгливо: «Обкурился или укололся. Полицию бы вызвать». Нужно успокоиться и идти, еще не хватало полиции за час до самолета в Ташкент.

Просто делать то, что нужно, как бы тяжело и непосильно это ни казалось. Это вообще-то несложно – вот ты встаешь, вот вытираешь слезы, вот передвигаешь ноги – раз, два. Последние два года Дододжон отлично научился передвигать ноги через немогу, и, наверное, передвигал бы еще, но так уж вышло, что он должен уехать.

А чего, собственно, плакать? Дододжон перебирает в памяти события последних двух лет и говорит себе, что, да, ему, Дододжону, вообще-то в жизни очень повезло. У него есть дядя, который уже лет пять ездил работать в Турцию и который Дододжону, еще школьнику, подарил хороший томеровский учебник. Учебник был весь на турецком, но если для тебя узбекский – второй родной, выучить турецкий – не особый труд. А когда Дододжону исполнилось 22, дядя позвал его работать с собой в Россию.

Турецкая фирма дала Дододжону в России еду, койку в общежитии, разрешение на работу и зарплату, которая была велика даже по меркам Ташкента, не то что его родного городка. Турки смотрели свысока или безразлично, русские смотрели брезгливо и недоверчиво, но Дододжоном были довольны, и обещали взять на следующий проект. Дядя вот так турок и называл – «хозяева». Хотя какие они хозяева? Так же работают без выходных по 12 часов в сутки, так же клянут начальство на все корки, а после работы пьют ракы, разбавляя водой, и говорят, что это львиное молоко. Ребята в общежитии так прятаться тоже умеют – наливают водку в чайник и говорят, что Аллах не видит. Что-то всегда Дододжону подсказывало, что если бы Аллах видел все, что на их стройке происходило, стройку бы сравнял с землей, не меньше. Дододжон, уже сейчас, пока плакал, спрашивал себя, верит ли он в бога, и не смог дать ответ.

А вот, кстати, после большой  фирмы, следующие хозяин и хозяйка были совсем чуднЫе и, похоже, в Аллаха совсем не верили. Хозяйка с ним говорила по-русски, хозяин по-турецки, но знал и фарси, который так похож на таджикский. А хозяйка, кажется, хотела знать все языки сразу – говорила по-турецки, иногда вставляла в разговор какую-нибудь фразу на узбекском, а иногда спрашивала Дододжона, что значит то или иное слово на фарси. Впрочем, хозяйку Дододжон видел раз в месяц, когда получал зарплату. Но и этого времени хватало, чтобы поразиться, как хозяйка командует хозяином. А хозяин – ничего, слушает, делает как она говорит.

Тогда же, раз в месяц, но иногда и чаще, Дододжон видел красавицу Зыягюль. Наверное, лет через десять Зыягюль будет как светловолосая хозяйка – так же будет командовать мужчинами, так же будут смотреть ей в рот. Сейчас пока Зыягюль составляет жизненно необходимые для их стройки бумаги и вроде никем не командует. Кроме Дододжона, конечно. Один раз она сказала: «Пойдем, посидим в кафе, поговорим». И Дододжон пошел – а куда было деться.

Они говорили по-русски – не так уж просто, даже зная узбекский и турецкий, понять кыргызский, на котором говорит Зыягюль. Хотя, можно, наверное… Но у них и так есть два общих языка – русский и турецкий. Потом гуляли по дворам и в парке, держась за руки. Потом… А потом у Дододжона появилась семья, не та, с которой он родился, а та, которую выбрал сам.

- А мы и сами можем строительную фирму сделать, - говорит Зыягюль. – И не только в России, а у нас в Кыргыстане тоже. Поедем к нам?
- Твои вообще знают, кто я? Откуда? Они меня примут? – отвечает ей Дододжон.
Зыягюль мрачнеет. Видимо, не знают и не примут, как и родители Дододжона.
- Но вот смотри: директор у нас курд, а жена у него русская, и живут же вместе, - не унимается Зыягюль.
- Не знаю как у них, а мне тебя в жены взять не дадут. Разве что здесь останемся или в Америку убежим.
- Америка тоже хорошая страна. Руки есть, ноги есть, головы на плечах у нас есть – значит нигде не пропадем.

Дододжону после таких слов ничего не остается, кроме как Зыягюль обнять и постараться не думать о том, что неминуемо случится.

А оно случилось. Дядя же пристально следил за Дододжоном все это время, видимо, он и рассказал.

Первым позвонил папа и начал издалека:
- Сынок, тебе уже 24, ты хорошо работал, можешь стать уважаемым человеком. Не думаешь ли ты вернуться к семье? Мы все хотим тебе счастливого будущего. Мы тебя ждем.
- Наверное, приеду скоро, - уклончиво ответил Дододжон.

А потом позвонила мама и сказала, что нашла Дододжону невесту, как и обещала, когда он уезжал. Нужно возвращаться.

- Я тебя буду любить всегда-всегда. Просто мне нужно ненадолго съездить домой, а потом я обязательно вернусь, - малодушничает Дододжон.

Но Зыягюль, похоже, все поняла без слов. Молча хлопнула дверью. Молча ушла. Потом, когда Дододжон получал зарплату в последний раз, он видел, как Зыягюль уткнулась в плечо хозяйке. Не плакала, ничего не сказала Дододжону. Просто сидела и смотрела как тот уходил.

- Мама, папа, я вас правда, очень-очень люблю. Я знаю, что вы хотите как лучше для меня. Но я не могу приехать. У меня уже есть девушка, здесь. Я ее люблю, - не дождавшись ответа, Дододжон бросает трубку. Слишком мучительно будет слушать, что ему скажут. Рвет билет, берет сумку и уходит со ступенек аэропорта.

Куда теперь? В Америку? Остаться в России нелегалом? Попроситься опять к хозяевам на работу? Да почему бы и нет. Руки есть, ноги есть, и голова на плечах тоже. Первым делом нужно найти Зыягюль и сказать ей все самое-самое важное. Почему-то сейчас Дододжон был уверен, что в отличие от тех моментов, когда он пил водку из чайника, сейчас Аллах за ним наблюдает очень пристально и даже помогает ему передвигать ноги – раз, два, прочь из аэропорта, быстрее туда, где его ждут и действительно любят.
Когда власть любви станет сильнее, чем любовь к власти, в мире настанет мир

Оффлайн Monotype

Re: Россия. Глазами странствующего аудитора
« Ответ #19 : Четверг 05 Июнь 2014, 02:46:02 »
Ура, продолжение! :happy coffee
Молоко дольше не скиснет, если вы оставите его в корове. (с) yasviridov

Оффлайн Helga

Re: Россия. Глазами странствующего аудитора
« Ответ #20 : Четверг 05 Июнь 2014, 03:11:28 »
А конструктивную критику можно? Заранее спасибо  :rose
Когда власть любви станет сильнее, чем любовь к власти, в мире настанет мир

Оффлайн spyke

Re: Россия. Глазами странствующего аудитора
« Ответ #21 : Пятница 06 Июнь 2014, 01:44:23 »
Совершенно европейская любовная история, прям вокруг трубадуров, и еще чуть-чуть с элементами американской мечты :) Мне кажется, это про глобализацию, про то, что попадая в условно другую культуру, даже если толком не интегрироваться, все равно мозг постепенно выворачиваться начинает.
Хотя, интересно, как бы мог написать такую историю автор-таджик, чтобы она кончалась торжеством тех, коренных ценностей? И чтобы при этом было бы так же жизнеутверждающе? Наверное, в духе "и все-таки он понял, что нет ничего важнее твоего рода и воли отца-матери".
Лишний раз убеждаешься, что все победы и поражения проходят только в голове, соответствующе маркируясь.
Я знаком с реальностью теоретически.

Оффлайн Helga

Re: Россия. Глазами странствующего аудитора
« Ответ #22 : Пятница 06 Июнь 2014, 02:38:38 »
Совершенно европейская любовная история, прям вокруг трубадуров, и еще чуть-чуть с элементами американской мечты :) Мне кажется, это про глобализацию, про то, что попадая в условно другую культуру, даже если толком не интегрироваться, все равно мозг постепенно выворачиваться начинает.
Хотя, интересно, как бы мог написать такую историю автор-таджик, чтобы она кончалась торжеством тех, коренных ценностей? И чтобы при этом было бы так же жизнеутверждающе? Наверное, в духе "и все-таки он понял, что нет ничего важнее твоего рода и воли отца-матери".
Лишний раз убеждаешься, что все победы и поражения проходят только в голове, соответствующе маркируясь.
Я навскидку накидаю пунктиром восточных историй, которые совершенно не про слушайся маму-папу и скрепы.

1. Лейла и Меджнун, Мем и Зин - практически Ромео и Джульетта в восточных декорациях.
2. Ферхат и Ширин. Тоже про любовь, тоже все умерли, но там еще и злой царь присутствует, и, вдобавок, Ферхат - простолюдин, а Ширин - прынцесса.

Так что у тамошних авторов скрепы тоже особо были не в почете...
Когда власть любви станет сильнее, чем любовь к власти, в мире настанет мир

Оффлайн Helga

Re: Россия. Глазами странствующего аудитора
« Ответ #23 : Пятница 06 Июнь 2014, 23:15:47 »
Хотя, интересно, как бы мог написать такую историю автор-таджик, чтобы она кончалась торжеством тех, коренных ценностей? И чтобы при этом было бы так же жизнеутверждающе? Наверное, в духе "и все-таки он понял, что нет ничего важнее твоего рода и воли отца-матери".
Подумала, что для жизнеутверждающей истории про скрепы нужно покрутить историю чуть дальше во времени. Когда Дододжон начнет выяснять, кто в доме хозяин, он или тараканы, а Зыягюль ему доходчиво объяснит, у кого в этой семье самый стойкий характер, у кого высшее образование и вообще кто носит брюки :) . Плюс будет накладываться неизбежный негатив от родственников.

В общем, на самом деле Дододжон принял очень серьезное и трудное решение, это только на бумаге так мусипусично. Я очень желаю удачи товарищу, сподвигшему меня на написание этой истории - она, действительно, пригодится.
Когда власть любви станет сильнее, чем любовь к власти, в мире настанет мир

Оффлайн Helga

Re: Россия. Глазами странствующего аудитора
« Ответ #24 : Вторник 03 Март 2015, 00:41:59 »
Млин, сыну задали написать сказку, что-то типа "Как один мужик двух генералов прокормил". В итоге сказка у него не заладилась, так что он пошел варить макароны и мыть посуду, а я села писать сказку. И тут меня, бля, понесло. Сказка, короче, вышла не для старшего школьного возраста :( . Сыну, правда, очень понравилось, и он кричит, что попрет в школу ЭТО.

Ну в общем, вот. Фабула сыновья, наполнение мое.

                                                             ***

- .Михалыч, ты коньяк взял? – заглушая шум мотора, прокричал плотный мужчина в канадском пуховике. Вертолет летел прямо навстречу восходящему солнцу, и мужчина, смотря вперед, щурил и без того маленькие глазки, утопавшие в такой мясистой и сытой физиономии, какая может быть только у успешно сделавшего карьеру чиновника.
- Кто о чем, а Иван Иваныч – о коньяке с утра пораньше, - проворчал под нос старый егерь, но все же дружелюбно откликнулся: - Да взял, взял, целый ящик. В этих краях за добавкой бегать некуда.
- А козлы-то где? – спросил Иван Степаныч, более заинтересованный в охоте. Иван Степаныч, как бывалый охотник, одет был в камуфляж, но глазки-щелочки на лоснящемся лице выдавали в нем ту же породу, к какой принадлежал и Иван Иваныч.
- Не козлы, а олени… Будут и олени! – у Михалыча все было схвачено и все припасено, не в первый раз встречал дорогих в прямом и переносном смысле гостей. – Сейчас, вон за той сопкой будут и олени…

И точно – вдоль каменной гряды от шума вертолета удирали несколько изюбрей. Иван Степаныч прицелился из подаренного ему еще более именитым начальником карабина и промахнулся. Раз, и другой. Олени бросились врассыпную.
- Ты очередью стреляй, - хитро улыбнувшись, посоветовал Иван Иваныч, уже держа в руке стопку коньяка.
- Да тут очередью – не очередью, уходят все равно, - разочарованно вздохнул Иван Степаныч.
- Бери ниже, промахнется ведь опять, стрелять-то не умеет, испортим им всю охоту, они ж нас на ноль помножат, - взволнованно зашептал старый егерь пилоту вертолета.
- Куда тут ниже, вон скалы кругом, зацепим – что будет? – заволновался пилот, но все же стал послушно снижаться.

…Удар неимоверной силы потряс сонную тайгу.

- Михалыыыыч! Михалыыыч! – надрывался Иван Иваныч. Ему отвечало только эхо.
- Все, нет больше нашего Михалыча, - горестно промолвил Иван Степаныч. – Пусть земля ему будет пухом. Вон дымится все, что от нашего вертолета осталось.
- А мы-то как с тобой выжили? – заинтересовался Иван Иваныч.
- А мы с тобой в открытую дверь вертолета вывалились, ты ж меня еще и придавил, а я тебя из карабина вместо того козла чуть не пристрелил. Только теперь он что-то сломался, а что с ним – я без Михалыча не разберу.
- И куда нам теперь идти?
- Кто у нас губернатор Тьмутараканского края? Ты? Твоя территория – ты и веди, а дойдем до границы моей области – я поведу, - рассудил Иван Степаныч.

К вечеру два Ивана уже нашли тропинку, и рассудив, что есть тропинка – есть и люди, бодро зашагали вперед.

- Стой, стрелять буду! – велел потрепанным Ивану Иванычу и Ивану Степанычу хмурый мужик, когда те уперлись в изгородь на краю села. В руках у мужика было ружье, только не именной карабин последней модели, как и Ивана Степаныча, а обычный старенький дробовик.
- Мужик, ты чего? – хором воскликнули Иван Иваныч и Иван Степаныч, - Да ты знаешь, кто мы такие?
- Не знаю, но уж вижу, что люди непростые, - отвечал мужик. А я здесь живу, раньше сто дворов здесь было, а теперь я один остался. А зовут меня Иван Кузьмич.
- Вот что, Иван Кузьмич, - прищурился Иван Иваныч. Ты Отечеству послужить хочешь?
- Да и так служу в меру сил, куда больше, - потупился Иван Кузьмич.
- Ну так послужишь еще больше, мы же самые что ни на есть важные представители Отечества! – подбодрил мужика Иван Степаныч. – Для начала пригласи нас к столу, что ли.

Отогревшись в теплой избе и сытно поужинав, Иван Иваныч и Иван Степаныч начали задавать Ивану Кузьмичу вопросы:
 - А чего это у тебя тут телефон сигнал не принимает?
- Так ты же, Иван Степаныч, вышку сотовой связи здесь ставить не разрешил. Говоришь, граница области, земля заповедная, да все знают, что ты здесь охотиться любишь.
- А электричество где берешь? И чего лампочка все время моргает?
- Электричество ты же мне, Иван Иваныч, еще в прошлом веке отрубил – мол все разъехались из деревни, а тебе одному свет давать больно дорого. Так что электричество у меня от своего генератора. Моргает, но работает когда надо.
- И как нам выбраться отсюда?
- Ну вот смотрите, дороги тут нет, моста через речку тоже нет. Сейчас октябрь, а до начала декабря и речка не встанет, и зимника не будет. Так что до этого времени, пожалуй, никак.
- Это чего у тебя дороги вдруг нет?
- Вы ж сами и не договорились, кто денег будет давать на мост и на дорогу – Тьмутараканский край или Дальнесеверная область. Вот и нет дороги.
- Что-то ты больно много власть критикуешь. Так Отечеству не служат, - нахмурил брови Иван Степаныч. – А туалет у тебя где?
- А туалет на улице!
- Эх брат, нельзя так жить! Ну ладно, раз у тебя теперь лучшие представители Отечества есть, будешь ты отныне жить по-другому!

К утру Иван Иваныч и Иван Степаныч вчерне набросали программу развития хозяйства Ивана Кузьмича и вручили ему:
- На вот, изучай и воплощай в жизнь. Ну и того, сделай уж, чтоб сортир был теплый и лампочка не моргала…

И началась у Ивана Кузьмича совсем другая жизнь. То, что он приносил с охоты или снимал с огорода по нечетным дням, он отдавал в бюджет Тьмутараканского края, то есть Ивану Иванычу, а то, что по четным – в бюджет Дальнесеверной области, то есть Ивану Степанычу. В свободное от охоты и огорода время ремонтировал и расширял дом, а еще таскал бревна, чтобы строить мост через речку. Чиновники же обещали так грамотно все добытое распределить, чтоб оставалось и на текущую жизнь, и на развитие. Распределение пока получалось плохо – того, что распределяли Ивану Кузьмичу, еле хватало, чтобы таскать ноги.

Чиновники же явно раздобрели – каждый получил по комнате, никто их не беспокоил несвоевременными звонками, зато каждый день ели дичь, свежие овощи с огорода и пили парное молоко. Выходили и изюбрей пострелять в свое удовольствие. Бюджет распределять тоже вполне получалось, и довольны они были неимоверно.
- А что, Иван Иваныч, не остаться ли нам здесь жить? – спросил как-то Иван Степаныч.
- Да как же тебе Иван Степаныч, не стыдно? Дела государственной важности простаивают, территорию развивать надо, а то получается, что все развитие одному Кузьмичу достается.
- И то правда, - согласился Иван Степаныч. – Но я бы все-таки остался, больно уж тут хорошо.
Услышав эти слова, Иван Кузьмич еще энергичней заработал топором, обтесывая бревна для моста…

Наконец настал день, когда мост был готов, а самые раскисшие участки дороги присыпаны песком и щебнем. Иван Иваныч и Иван Степаныч собрались в путь:
- Эх Кузьмич, такие у нас планы были на твое развитие! Можно ж было и на охоту твою ограничения сделать, чтобы зверье привольнее себя чувствовало, и на живность твою сертификаты получить, а то мало ли каким молоком ты нас тут поил. Да и оштрафовать тебя есть за что… Но не можем, простаивают дела государственной важности! Так что вези нас, Кузьмич, до города.

И вот пришли Иван Иваныч и Иван Степаныч каждый на свою работу после долгого отсутствия, и каждый из них отчитался о строительстве новой дороги, а за мост через речку на границе Тьмутараканского края и Дальнесеверной области отчитались вместе. Про Ивана Кузьмича тоже не забыли – рассказали в газете, какой благодаря им большой красивый дом появился у мужика, и какая замечательная дорога теперь ведет к этому дому.

А Кузьмич – что Кузьмич? Послужил Отечеству – и на том спасибо.
Когда власть любви станет сильнее, чем любовь к власти, в мире настанет мир

Оффлайн Monotype

Re: Россия. Глазами странствующего аудитора
« Ответ #25 : Среда 04 Март 2015, 02:03:36 »
А Иван Фомич? :D

Сказка прекрасная, товарищ Некрасов, хоть завтра запрещай ;D Это по какому ж предмету такое могли задать?
Молоко дольше не скиснет, если вы оставите его в корове. (с) yasviridov

Оффлайн spyke

Re: Россия. Глазами странствующего аудитора
« Ответ #26 : Среда 04 Март 2015, 11:33:08 »
А Иван Фомич? :D
Иван Ильич же ;D
Я знаком с реальностью теоретически.

Оффлайн Helga

Re: Россия. Глазами странствующего аудитора
« Ответ #27 : Среда 04 Март 2015, 21:11:56 »
Сказка прекрасная, товарищ Некрасов, хоть завтра запрещай ;D Это по какому ж предмету такое могли задать?
По литературе, вестимо. Они сейчас Салтыкова-Щедрина проходят, им велели сказку написать наподобие "Как один мужик двух генералов прокормил", как будто непонятно было, чем это кончится  :D . Вот уж воистину, запрещать - так всю русскую литературу скопом. Как-то из великих русских писателей мало кто отличался оголтелой любовью к державности и православности. "Прощай, немытая Россия..."

Из чего делаю вывод, что за последние 200 лет в консерватории ничего не изменилось.
Когда власть любви станет сильнее, чем любовь к власти, в мире настанет мир

Оффлайн Bashmack

Россия Глазами странствующего аудитора
« Ответ #28 : Суббота 16 Январь 2016, 17:32:43 »
Спасибо конечно... но отвечать про Золушку Балдой... по-каковски это там???

 

Sitemap 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10